На главную

Черкизово

История Москвы и Отечества нашего знает большое количество примеров переезда в Россию для долголетнего служения ей иноземцев из разных стран и краев. Для многих из них русская земля стала второй родиной, а на ее карте имена таких иноземцев нередко сохранялись в виде географических названий. Для Москвы одним из классических примеров такого рода стало имя сподвижника и любимца Петра I Франца Лефорта, вошедшее в состав названий исторической местности Лефортово, Лефортовских набережной, площади и переулка, улицы Лефортовский Вал. Но если топоним Лефортово открывает для нас страницы истории Москвы и России конца XVI — начала XVII века, то название местности и бывшего села Черкизова, а через них и нескольких Черкизовских улиц связаны с историей более ранней.

Нужно вспомнить о том, что на Руси немало иноземцев с востока — из Золотой Орды — в XIV—XV веках появилось в тот период, когда в Орде происходили события, вынуждавшие людей ее покидать и искать лучшей жизни где-то в других землях, городах и весях. Комментируя эти факты, историки обычно подчеркивают, что русское государство, в ту пору процветавшее и быстро развивавшееся под твердой властью московских великих князей, привлекало выходцев из Золотой Орды, принимало их к себе на службу, давало честь, место и даже вотчины всем полезным людям.

Вот что пишет об этом известный историк академик С. Б. Веселовский, упомянувший также о некоем ордынском царевиче Серкизе, по имени которого и получило свое название село Черкизово:

«Со смертью в 1314 году золотоордынского хана Узбека началась «великая замятня» — эпоха разложения Золотой Орды в связи с процессом ее феодализации. В 1360 году малолетнему Дмитрию Ивановичу (будущему князю Дмитрию Донскому. — М. Г.) пришлось после смерти отца ехать в Орду за ярлыком на великое княжение. Одновременно в Орду были вызваны и другие русские князья. Дмитрий в том же году благополучно выбрался из Орды, но другие князья были задержаны, и на их глазах в короткий срок произошло несколько кровавых переворотов. После жестокой борьбы воцарился наконец Амурат, брат Хидыря, который и дал Дмитрию Ивановичу ярлык на великое княжение (1362 год). Между тем, борьба за ханский престол продолжалась, выбрасывая за пределы Золотой Орды царевичей и вельмож, потерпевших поражение в переворотах. В эти годы мурза Тагай основал в Наровчате, в Мордовской земле, свое татарское царство, а князь Булат Темир утвердился в области камских булгар.

В 1371 году великому князю Дмитрию Ивановичу пришлось вторично ездить в Орду за новым ярлыком, который ему удалось получить ценой огромного выкупа. Ко времени «великой замятни» в Орде и поездок туда великого князя Дмитрия Ивановича и относится выезд большого количества татар на службу в Москву к великому князю и к митрополиту Алексею, который бывал в Орде и пользовался там большим авторитетом.

Родословцы дают сведения о выездах только самых значительных лиц. По государеву родословцу при великом князе Дмитрии Донском выехал из Золотой Орды царевич Серкиз и на Москве крестился. Имя Серкиз, по-видимому, испорченное имя армяно-григорианской церкви Саркиз. Сын Серкиза Андрей Иванович Серкизов на Куликовом поле был воеводой Коломенского (в некоторых летописях Переяславского полка и был убит в бою Мамаем, с которым, может быть, у его отца были старые счеты. У Андрея Ивановича Серкизова (иногда — Черкизова) был сын Федор, носивший прозвище Старко, и от него пошла боярская фамилия Старковых, угасшая в конце XVI века».

Царевич Серкиз, после крещения ставший Иваном Серкизовым, не был бедным человеком: остатки былого богатства семьи ему удалось перевезти с собой из Орды на Русь — этот достаток, в частности, дал ему возможность приобрести и некоторые земли. В то же время Иван Серкизов, как и другие родовитые выходцы из Золотой Орды, был награжден великим князем и вотчинами. Поэтому ближайшие потомки Ивана Серкизова считались в Москве весьма состоятельными людьми. В число вотчин Ивана Серкизова-Черкизова вошло подмосковное село Черкизово.

Сейчас уже трудно установить абсолютно достоверно, было ли оно ему пожаловано или же просто стало его приобретением. Известно другое: Иван Серкизов владел селом недолго и затем продал его одному выходцу из Золотой Орды Илье Озакову. В Черкизове в XX веке существовал Озаковский переулок. Илья Озаков был крещеным татарином и весьма набожным человеком. Именно он выстроил в Черкизове церковь в честь своего небесного покровителя — Ильи Пророка; первоначальное храмовое здание до наших дней не дошло, но на его месте в 1690 году была выстроена новая Ильинская церковь, сохранившаяся и поныне. Вместе с братом Сергеем Илья входил в число приближенных слуг митрополита Алексия. Именно к митрополиту от Ильи Озакова и перешло Черкизово, которым он владел всего несколько лет. Как известно, митрополит Алексий основал в Кремле знаменитый Чудов монастырь, разрушенный в XX веке большевиками, и был инициатором строительства первых белокаменных стен Кремля. Своим завещанием 1378 года Алексей обеспечил Чудов монастырь вотчинами, среди которых передал монастырю и село Черкизово. С тех пор четыре века, вплоть до 1764 года, Черкизово находилось во владении Чудова монастыря: в XVIII веке государством проводилось секуляризация монастырских имуществ, то есть переведение их в светскую собственность.

У этого села было несколько прямых «родственников»: Черкизово на реке Москве в десяти километрах от Коломны (также бывшее крупное владение рода Черкизовых, которое затем по духовной грамоте 1462 года великого князя Василия Темного было передано его жене Марье Ярославне), Черкизово на реке Клязьме в двадцати километрах от Москвы и Черкизово в Горетовом стане в двух десятках километров с северо-западу от столицы (известное с XV века, а во второй половине XVII века пожалованное шурину царя — Льву Кирилловичу Нарышкину).

Наименование села Черкизова удачно вписалось в московскую городскую топонимию: так возникло в XIX веке название Большой Черкизовской улицы и 3-й Черкизовской улицы, а в 1952 году — Малой Черкизовской улицы. Их легко найти на карте столицы на ее северо-востоке, в районе станции метро «Преображенская площадь». Большая Черкизовская улица стала по сути центральной магистралью в большом жилом районе Москвы, который мы обычно называем Преображенское или Преображенка. Заканчивается Большая Черкизовская у станции метро «Черкизовская». Как мы видим, даже в названии этой станции, пройдя через многие столетия, отразилось имя одного из именитых москвичей прошлого — царевича Серкиза.

Наверняка об этом не знают и многие любители спорта, которые приходят на футбольные матчи, легкоатлетические или другие соревнования на знаменитый стадион «Локомотив», что на Большой Черкизовской улице. Он возник на территории известной в свое время Черкизовской рощи. В самом деле, топоним Большая Черкизовская улица имеет такую устойчивую ассоциацию: «спорт», «стадион», «футбол».

Церковь Ильи Пророка расположена на улице, примыкающей к Большой Черкизовской, и носящей необычное название — улица Штатная Горка. Считается, что этот топоним, появившийся на карте Москвы в XIX веке, был мотивирован, что здесь, в этом месте проживали штатные чиновники архиерейского двора.

Ильинская церковь расположена в живописном возвышенном месте, близ нее — большой пруд, который любят и взрослые и детвора Черкизова. Но не всем известно, что пруд этот — часть русла речки Сосенки, на берегах которой когда-то в старину и начало расти село Черкизово. Сосенка — правый приток Хапиловки, исток ее расположен в районе Гольянова, а длина всей речки — почти девять километров. Но сейчас основная часть русла Сосенки, как и многих других московских речек, заключена в трубу — лишь на просторе Черкизовского пруда, кстати, весьма длинного, воды Сосенки чувствуют себя вольготно.

   Древний град и посад
   Внутри Бульварного кольца
   Внутри Садового кольца
   Возле Камер-Коллежского вала
   Старинные окраины Москвы
В прошлое:
  
   Имя — история — культура
   В копилку знаний
   Антология поэзии о Москве
   Топонимический словарь
   Об авторе

Николай Никишин

* * *


Москва – России красное крыльцо,
Москва – России красные ворота.
Тверской бульвар, Садовое кольцо.
И куполов литая позолота.


Ты вся – дворец, в тебе умов – палата,
Ты вся – творец, в тебе неизмеримы
И семь холмов, и пять морей, и свято
Для нас твое загадочное имя!
Твоя душа для всех как на ладони,
Но горе тем, кто вдруг ее обидит, –
И на театре вздыбленные кони –
Издалека их Медный всадник видит!


Благословенны лик твой и лицо,
Твоих часов торжественная нота!
Москва – для мира красное крыльцо!
Москва – для мира красные ворота!


1985