На главную

Сухаревская площадь

В районе современной Сухаревской площади и одноименной станции метро — там, где кончается улица Сретенка, — располагалась стрелецкая слобода. Ранее это были две площади — Большая и Малая Сухаревские, которым в период с 1936 по 1990 год суждено было носить названия Большая Колхозная и Малая Колхозная. Чтобы найти связь топонима Сухаревская площадь с поселениями московских стрельцов, обратимся не только к истории московской топонимии и стрелецкого войска, но и к трагической истории уникального московского архитектурного памятника, бывшего вместе с Кремлем, храмами Василия Блаженного и Христа Спасителя своеобразным символом столицы, — знаменитой Сухаревой башни.

Поначалу в конце Сретенки стояла деревянная башня, возведенная в 1591—1592 годах как часть укреплений Скородома. Эта московская крепость сгорела в 1611 году. Вместо нее в конце 30-х годов XVII века был насыпан высокий земляной вал. Через два десятка лет — в 1659 году — на валу была выстроена деревянная ограда с проездными башнями. В самом конце XVII века (в 1692—1695 годах) молодой царь Петр I заменил деревянную башню и ворота при выезде со Сретенки на Троицкую дорогу новым каменным зданием — двухэтажными палатами со сквозным проездом и трехъярусной башней над ними. С 1698 по 1701 год здание это достраивалось — был возведен третий этаж, а башня увеличилась на два яруса. Постройка стала самым крупным светским зданием в России — высота этого величественного и неповторимого по очертаниям памятника архитектуры, который отчасти напоминал здание ратуши в западноевропейских городах (не зря башня достраивалась именно после поездки Петра Алексеевича за границу), составляла 60 метров!

Жители Москвы стали называть здание Сухаревой башней, поскольку сторожевую службу в этом районе Москвы нес стрелецкий полк под командованием полковника Лаврентия Панкратьевича Сухарева. Этот стрелецкий командир навсегда вошел в российскую историю, ибо в тяжелом для Петра августе 1689 года, ставшем месяцем противостояния молодого царя и его сводной сестры — тогдашней правительницы Софьи — именно полк Сухарева (единственный из девяти стрелецких полков, расквартированных тогда в Москве) остался верным царю Петру и пришел ему на защиту. Тогда все могло закончиться гибельно для Петра, вынужденного бежать ночью от восставших стрельцов в Троице-Сергиеву лавру.

Традиционно принято считать, что Сухарева башня была возведена Петром в благодарность за верную службу полковнику и его стрельцам. Однако справедливости ради следует сказать, что ныне это мнение разделяется не всеми московедами. Первые сомнения появились у П. В. Сытина, первоначально придерживавшегося традиционной версии. Однако затем он изменил свою точку зрения и уже в книге «История планировки и застройки Москвы» подчеркнул, что Сухарева башня не могла быть построена в честь или в память полковника Сухарева, поскольку это не следует из памятной надписи. П. В. Сытин упомянул и о том, что Сухарев был награжден Петром за Троицкий поход гораздо более скромно по сравнению с другими. В наше время известный исследователь истории Москвы и ее памятников С. К. Романюк в своей книге «Москва. Утраты», изданной в 1992 году, также обращает внимание читателей на то, что никаких документальных свидетельств в пользу версии о возведении царем Сухаревой башни в благодарность полковнику Сухареву на самом деле нет. Действительно, на двух памятных досках, помещенных еще в петровские времена на стенах Сухаревой башни, мы не находим прямого свидетельства этому: «Построены во второмъ Стрелецкомъ полку по Земляному городу Сретенскiя ворота, а над теми воротами палаты и шатры с часами, а подле воротъ по обе стороны малыя палаты, да казенный амбаръ, а позади воротъ къ новой Мещанской слободе часовня съ кельями къ Николаевскому монастырю, что на Перерве. А начато то строенiе строить въ лето 7200 (1692), а совершено 7203 (1695), а в то время будущаго у того полка стольника и полковника Лаврентiя Панкратьева Сухарева».

Но в любом случае здание Сухаревой башни стало одним из архитектурных символов Москвы. Ее название тесно связано с именами многих окрестных объектов (часть из которых не сохранилась): Большая и Малая Сухаревские площади, Садово-Сухаревская улица, Большой и Малый Сухаревский переулки, знаменитый Сухаревский рынок.

Московский поэт Михаил Дмитриев посвятил башне такие строки, написанные 30 июля 1845 года:


Что за чудная, право, — это зеленая башня!
Высокая и тонкая; а под ней, как подножье, огромный;
Дом в три жилья, и примкнулось к нему, на откосе, под крышей,
Длинное сбоку крыльцо, как у птицы крыло на отлете!
Кажется, им вот сейчас и взмахнет! — Да нет! тяжеленька!
Сухарев строил ту башню, полковник стрелецкой! — Во время
Бунта стрельцов на юных царей Петра с Иоанном.
Верен с своим он полком двум братьям-царям оставался.
Именем верного, в память ему, Петр и прозвал ту башню...
...Тут прадеды ваши учились,
Как по морскому пути громоносные править громады!
Тот же народ простодушный любит веселую шутку!
Есть у него поговорка, что будто Иван наш Великой
Хочет жениться, и слышно, берет за себя он ту башню!

В Сухаревой башне в обширных палатах Петр устроил впервые в России математическую и навигацкую школы (где помимо заморских учителей преподавал и автор первого русского учебника арифметики Леонтий Магницкий), астрономическую обсерваторию и библиотеку. В советское время в 1926 году в Сухаревой башне был открыт знаменитый Московский Коммунальный музей, директором которого стал выдающийся историк Москвы Петр Васильевич Сытин, инициатор этого нового этапа в биографии Сухаревой башни. Но и этому памятнику московской архитектуры и культуры было суждено стать жертвой нового политического режима. Несмотря на официальные протесты даже таких известных людей, как И. Э. Грабарь, И. В. Жолтовский, А. В. Щусев, К. Ф. Юон, А. М. Эфрос, и других, высшее советское руководство приняло решение о демонтаже, а попросту — об уничтожении Сухаревой башни. Лишь недавно стали доступными документы, свидетельствующие, что в принятии решения о сносе Сухаревой башни непосредственно участвовал И. В. Сталин. В частности, в сентябре 1933 года он писал Л. М. Кагановичу: «Мы изучили вопрос о Сухаревой башне и пришли к выводу, что ее надо обязательно снести. Предлагаем снести Сухареву башню и расширить движение. Архитекторы, возражающие против сноса, — слепы и бесперспективны». В июне 1934 года замысел властей свершился — Сухарева башня перестала существовать. Вот что писал о тех днях В. А. Гиляровский в письме, адресованном дочери: «Ее ломают. Первым делом с нее сняли часы и воспользуются ими для какой-нибудь другой башни, а потом обломали крыльцо, свалили шпиль, разобрали по кирпичам верхние этажи и не сегодня-завтра доломают ее стройную розовую фигуру. Все еще розовую, как она была! Вчера был солнечный вечер, яркий закат со стороны Триумфальных ворот золотил Садовую снизу и рассыпался в умирающих останках заревом». Это описание В. А. Гиляровский дополнил собственными стихотворными строками:


Жуткое что-то! Багровая, красная,
Солнца закатным лучом освещенная,
В груду развалин живых превращенная,
Все еще вижу ее я вчерашнею —
Гордой красавицей, розовой башнею...


Благодаря действиям нынешних московских властей, направленным на возрождение исторической памяти, запечатленной в старомосковских топонимах, на карте столицы и в нашем речевом обиходе вновь существует название Сухаревская площадь. Но я думаю и о другом. За последние несколько лет в Москве были восстановлены архитектурные памятники, служившие украшением столицы и теснейшим образом связанные с самим понятием «Москва», — храм Христа Спасителя, Казанский собор на Красной площади, Воскресенские ворота Китай-города с Иверской часовней, Красное крыльцо в Кремле. Хочу надеяться, что мы, москвичи, так же сможем вернуть нашему городу, свои потомкам и Сухареву башню.

   Древний град и посад
   Внутри Бульварного кольца
   Внутри Садового кольца
   Возле Камер-Коллежского вала
   Старинные окраины Москвы
В прошлое:
  
   Имя — история — культура
   В копилку знаний
   Антология поэзии о Москве
   Топонимический словарь
   Об авторе

Федор Глинка

МОСКВА
Город чудный, город древний.
Ты вместил в свои концы
И посады, и деревни,
И палаты, и дворцы!


Опоясан лентой пашен,
Весь пестреешь ты в садах:
Сколько храмов, сколько башен
На семи твоих холмах!..


Исполинскою рукою
Ты, как хартия, развит,
И над малою рекою
Стал велик и знаменит!


На твоих церквах старинных
Вырастают дерева:
Глаз не схватит улиц длинных...
Это матушка-Москва!


Кто, силач, возьмет в охапку
Холм Кремля-богатыря?
Кто собьет златую шапку
У Ивана-звонаря?..
Кто царь-колокол подымет?
Кто царь-пушку повернет?
Шляпы кто, гордец, не снимет
У святых в Кремле ворот?!


Ты не гнула крепкой выи
В бедовой своей судьбе:
Разве пасынки России
Не поклонятся тебе!..


Ты, как мученик, горела,
Белокаменная!
И река в тебе кипела
Бурнопламенная!


И под пеплом ты лежала
Полоненною,
И из пепла ты восстала
Неизменною!..


Процветай же славой вечной,
Город храмов и палат!
Град срединный, град сердечный,
Коренной России град!


1840