На главную

Китай-город

Китай-город – одна из наиболее исторически интересных центральных частей Москвы.

Порой иностранцы полагают, что название Китай-город возникло из особой симпатии России к Китаю. Но московский Китай-город никак не связан с китайцами и Китаем.

Название Китай-город в московских хрониках встречается с XVI века. В 1534 году торговый и ремесленный посад к востоку от Кремля был обнесен рвом и древоземлянными укреплениями, а затем на их месте в 1535—1538 годах была возведена знаменитая Китайгородская стена, кое-где сохранившаяся и поныне (в частности, близ гостиниц «Россия» и «Метрополь»). Никакого китайского городка, поселения или даже квартала в этом древнем славянском посаде никогда и в помине не было! Что же касается названия, то здесь мы должны констатировать простое совпадение звучания слов, не связанных общим происхождением (птица орел – город Орел, оружие лук – растение лук, французский город Брест – восточнославянский, белорусский город Брест. Такие слова в лингвистике называются омонимами).

В основе названия страны Китай в русском языке ученые видят наименование народа кидани, жившего в V—XIII веках в Средней и Центральной Азии и владевшего в X—XI веках Северным Китаем. Между прочим, это же название сначала появилось в форме Хотай и в Западной Европе, куда его привез путешественник Марко Поло. Но впоследствии в большинстве европейских языков укрепилось название China (звучащее как Хина, Чина, Шин, Чайна и т. д.), которое попало к европейцам в XVI веке через португальцев, Индию и Индокитай и связано с государством Чин или династией Цинь.

Ну, а что же московский Китай-город и его название?

О происхождении этого действительно необычного словосочетания существует несколько интересных гипотез.

Некоторые исследователи считают, что название Китай-город означает «средний», «средний, срединный город между Кремлем и Белым городом» (укреплением, проходившим по линии современного Бульварного кольца). Иначе говоря, Китай-город – это средняя по своему местоположению крепость в кольце крепостных сооружений старинной Москвы. Само слово китай в этом значении попало к русским из монгольских языков. Этой версии придерживался известный исследователь истории Москвы и собиратель старомосковских названий П. В. Сытин. В какой-то мере такая версия поддерживается той гипотезой, согласно которой название Кремль объясняют как «внутренняя крепость» (об этом вы уже узнали, прочитав статью «Кремль»).

Согласно другой гипотезе, слово китай – тюркское и переводится на русский язык просто как «крепость, укрепление, укрепленное место». Оно могло со временем превращаться в название населенного пункта, выросшего на месте такой крепости – так же это бывало с русскими словами городок, городец. Подобные названия, образованные от слова китай, были известны, правда, не в Волго-Окском междуречье, а в других российских землях, например на юге Украины, еще в XIX веке (то есть там, где древнерусский язык соприкасался с тюркскими языками).

И все же мне представляется, что наиболее близка к истине собственно русская, славянская версия истории московского названия Китай-город. Известный историк Москвы И. Е. Забелин и другие видные отечественные ученые считали, что оно связано с восточнославянскими, русскими словами кита, кит, сохранившимися в диалектах. Означает оно – «плетенничный», «как плетень», то есть построенный по принципу плетня – переплетения толстых вертикальных кольев или бревен молодыми гибкими побегами. Такие крепкие плетеные стены ставились на некотором расстоянии друг от друга, а промежуток между ними заполнялся, забутовывался землей, глиной, крупным щебнем, камнями. Так возводилась чрезвычайно прочная стена, которую трудно разрушить, пробить стеноломными машинами и даже пушечными ядрами. В качестве одного из дополнительных доказательств можно привести и запись, сделанную в летописи о древних московитянах: «Устроиша хитрцы велми мудро, наченъ отъ каменыя болшия стны, исплтаху тонкий лсъ около болшого древия и внутрь насыпаху землю и велми крпко».

Что же касается названия станции метро «Китай-город», то, на мой взгляд, просто прекрасно, что в нем как бы возродилось и получило вторую жизнь колоритное старомосковское название, памятник истории нашей столицы. В южном вестибюле станции «Китай-город» строители бережно сохранили белокаменный фундамент одной из китайгородских башен: здесь каждый день пассажиры, люди из века двадцатого, встречаются с веком шестнадцатым. Название станции метро «Китай-город» в каком-то смысле представляет собой исключение: известен его конкретный автор. Это московский литератор и краевед Владимир Муравьев. Именно он на бурном заседании комиссии по названиям московских улиц (еще при Моссовете), когда буквально в тупик зашла дискуссия о том, какое же новое название дать станции «Площадь Ногина», предложил присвоить ей имя «Китай-город». Что и было сделано городскими властями – по решению комиссии.

А сейчас название станции «Китай-город» нами воспринимается как существовавшее всегда, изначально. Это говорит о его правильном выборе, в котором снова проявилась связь времен.

   Древний град и посад
   Внутри Бульварного кольца
   Внутри Садового кольца
   Возле Камер-Коллежского вала
   Старинные окраины Москвы
В прошлое:
  
   Имя — история — культура
   В копилку знаний
   Антология поэзии о Москве
   Топонимический словарь
   Об авторе

Михаил Дмитриев

МОСКОВСКАЯ ЖИЗНЬ
Вам ли описывать нашу Москву? – Вы
в Москве чужеземцы!
Где ее видели вы? – На бале, в театре и в парке!
Знаете ль вы, что Москва? – То не город, как прочие грады;
Разве что семь городов, да с десятками сел и посадов!
В них-то что город, что норов; а в тех деревнях свой обычай!


Крепости мрачны везде; их высокие стены и башни
Грозны, как силы оплот, и печальны, как воли темница;
Кремль же седой наш? старик – величав, а смотрите, как весел!
Где его рвы и валы? – Да завалены рвы под садами;
Срыты валы – и на них, как зеленая лента, бульвары.


Вместо кипучей жизни столиц, паровой и машинной,
В нашей Москве благодатной – дышит несколько жизней:
Пульс наш у каждого свой; не у всех одинаков он бьется!
Всякий по-своему хочет пожить; не указ нам соседи!
Любим мы русский простор; и любим домашнюю волю!


Там, на Кузнецком мосту, блеск и шум, и гремят экипажи;
А за тихой Москвою-рекой заперты все воротa!
Там, на боярской Тверской, не пробил час привычный обеда;
А на Пресне, откушав давно, отдохнули порядком,
И кипит самовар, и сбираются нa вечер гости!


Много у нас есть чудес, и редкостей царских палата;
Веселы бaлы зимой и роскошны богатых обеды;
Живы у нас по летам и по рощам и в парке гулянья;
Но не узнаешь семьи, не сроднясь, не вошедши
в ту семью:
Так не узнаешь Москвы, не привыкнувши к жизни московской!


Что же вините вы нас, что лицом мы на вас не похожи?
Есть на московских на всех, говорят, отпечаток особый!
То ли нам ставить в укор, что у нас есть свой нрав и обычай?
Вы на монете глядите сперва: сохраняет ли штемпель;
Мы – настоящий ли вес; да посмотрим, какая и проба!


17 июля 1845 г.