На главную

Васильевский спуск

В образовании новых русских городских топонимов после 1917 года по понятным социально-политическим причинам практически не использовались названия церквей, монастырей, христианских праздников и тому подобная лексика.

Кроме простого возвращения на карту многих утрат советского периода (Знаменка вместо ул. Фрунзе, Пречистенка — вместо Кропоткинской ул., Рождественка вместо ул. Жданова и др.), некоторые агиотопонимы (слово агиос в греческом языке означает «святой») вообще рождаются как бы заново. Наглядный пример — ставший за короткое время очень известным московский топоним Васильевский спуск, который до начала 90-х годов ни в устной, ни тем более в письменной речи практически не употреблялся.

Васильевский спуск — это территория склона, ведущего от собора Покрова Пресвятой Богородицы (храма Василия Блаженного) вниз — к набережной реки Москвы и Большому Москворецкому мосту.

До собора на этом крутом склоне стояла церковь Святой Троицы (поэтому-то и первоначальное название Красной площади было Троицкая, но об этом — чуть позже).

Сейчас и москвичи, и туристы обычно называют этот собор храмом Василия Блаженного, однако истинное его наименование — Покровский собор (или точнее — собор Покрова, что «на рву»). Он был построен русскими зодчими Бармой и Постником (по некоторым предположениям, эта два имени одного человека) в 1554—1561 годах по повелению Иоанна Грозного, в честь победы русского войска над Казанским ханством. Храм как бы увековечивал собой героические подвиги народа и хранил память о тех, кто погиб в Казанском походе. Барма и Постник возвели необыкновенно живописный собор из девяти, как того требовала созданная мастерами художественная композиция (позже их стало десять), разновысоких храмов, расположенных вокруг одного центрального. Церкви символизировали и дни осады Казани. Декоративность, красота храма предопределялись уже тем, что он высился на самой большой народной площади Москвы и как бы специально был создан для народа. И само место, на котором он стоял, было достаточно необычным — самым высоким на площади: это действительно было начало обрыва к Москве-реке, а рядом проходил ров, защищавший кремлевскую стену.

Прекрасный знаток Москвы Яков Белицкий умел подсказать, как надлежит осматривать памятники московской старины, в том числе и храм Василия Блаженного. Вот что он написал об этом в своей книге «Забытая Москва»: «Собор, как и многое на Красной площади, с секретом. Издали он, знакомый по книжным картинкам, по альбомам, уже не в силах одарить вас хоть какой-то новизной. Но надо подойти к нему вплотную и не спеша обойти вокруг, и тогда... Тогда вы увидите в деталях его купола и резные крылечки, и поплывет перед глазами праздничное многоцветье его изразцов».

Собор освящен в честь известного и любимого русским народом праздника Покрова Богородицы. В «Полном православном богословском энциклопедическом словаре» начала XX века о празднике этом говорится следующее: «Покров Пресвятой Богородицы (1 октября) — праздник православной церкви. Установлен в память события, бывшего в Константинополе... В войне с сарацинами городу угрожала опасность, но в этот день св. Андрей юродивый с учеником своим Епифанием, находясь во Влахернском храме во время всенощного бдения, увидели на воздухе Божью Матерь с сонмом святых, молящуюся и распростершую свой покров (омофор) над христианами. Ободренные греки отбили сарацинов. В честь покрова Пресвятой Богородицы существует акафист».

Собор действительно возвышался надо рвом, что и отразилось в его полном наименовании: Покров Богородицы, что «на рву».

В 1588 году к нему был пристроен небольшой храм св. Василия, воспринятый народом как построенный в честь московского юродивого Василия. Так спустя почти тридцать лет он получил и другое название: храм Василия Блаженного, бытовавшее наряду с официальным — собор Покрова Пресвятой Богородицы. В наше с вами время более известно и употребительно первое наименование. Оно легло и в основу топонимов.

Та часть Красной площади, которая была заключена между собором и Кремлевской стеной, еще до 1938 года называлась Васильевской площадью: после 1938 года она официально включена в состав Красной площади.

Территория, расположенная ниже храма Покрова Богородицы, т. е. Васильевский спуск стала использоваться для различного рода мероприятий в конце так называемой «перестройки», когда Красная площадь оставалась для этих действий закрытым местом. Но в средствах массовой информации журналистами использовался именно топоним Красная площадь, хотя на деле речь шла (как, например, в тексте о старте из центра Москвы международного марафона мира, происшедшего на Васильевском спуске) о территории, лежащей за границей площади.

Позже, с перенесением митингов и манифестаций с Манежной площади на интересующий нас участок близ храма Василия Блаженного возникла острая потребность в использовании его точного географического наименования. Благодаря влиянию средств массовой информации в кратчайшие сроки в русской речи прочно закрепился неофициальный (ибо он нигде и никак не зарегистрирован!) топоним Васильевский спуск. Резкая активизация топонима Васильевский спуск в речи москвичей, в газетах, журналах, на радио и телевидении связана и с тем, что место это начало активно использоваться для самых разнообразных культурных и спортивных мероприятий — от концертов рок-групп до показа коллекций модной одежды.

Примечательны оба компонента, обе части топонимического словосочетания Васильевский спуск. Нарицательное слово спуск воспринимается носителями русского языка как составная часть той тематической группы слов, которая означает внутригородские объекты типа «улица», «площадь», «переулок». В действительности мы имеем дело с ложной частью такого тематического ряда, ибо даже исторически слово спуск в него не входило, в отличие, например, от вышедшего из употребления слова крестец со значением «небольшая городская площадь с перекрестком»: Никольский крестец, Варварский крестец, Ильинский крестец и др. Московскими крестцами, их истории, этимологии их наименований посвящена специальная глава в одной из лучших книг по истории столицы (см.: Москва. Подробное историческое и археологическое описание города. Издание А. Мартынова. Текст составлен И. Н. Снегиревым. Т. 1. — М., 1865, с. 176—189).

Известный ученый, профессор Э. М. Мурзаев в своем специальном исследовании «Географические термины в топонимии Москвы» (статья опубликована в сборнике «Географические названия в Москве» не выделяет термин спуск среди терминов вал, ворота, бутырки, гора, берег, болото, враг (овраг), застава и др. Однако тот же исследователь ввел словарную статью СПУСК в свой «Словарь народных географических терминов».

«СПУСК. Наклонная поверхность, по которой спускаются вниз (здесь Э. М. Мурзаев сначала ссылается на известный 17-томный словарь русского языка АН СССР. — М. Г.). В топонимии — склон с проложенной по нему дорогой, тропой, улицей. Ср. опускаться, пуск. Ул. Кловский Спуск и Андреевский Спуск в Киеве. Семантическая параллель см. сходня».

Именно благодаря такому своему содержанию термин спуск точно характеризует черты данной территории: перед нами — дорога вниз вдоль стены Кремля, склон у храма Василия Блаженного.

Процитируем некоторые дореволюционные и современные издания:

«Уже Покровский собор (собор Василия Блаженного) сразу отличается своей причудливой архитектурой от храмов Кремля. Построенный в память завоевания Казани и Астрахани, отдавшего в руки Московского посада торговые пути на Каспий и Сибирь, он составился из восьми первоначальных храмов... И как «обетный» храм, соединенный с ростом Московского посада, а не боярства, приходившего в это время в упадок, он был вынесен в пику боярам за пределы Кремля, в посад, на ров, отделявший Красную площадь от спуска к Москве-реке» (это отрывок из книги «по Москве: Прогулки по Москве и ея художественным и просветительным учреждениям» под ред. Н. А. Гейнике и др.);

«Собор Покрова, что на Рву, более известный как храм Василия Блаженного, расположен в южной части Красной площади, близ Спасских ворот Кремля, над спуском к Москве-реке» (эта цитата — отрывок из фундаментального издания «Памятники архитектуры Москвы» начала 80-х годов).

Поскольку слово спуск в нашем московском топониме все же ассоциируется с тематическим рядом улица, набережная, гора (типа Поклонная гора), то его следует писать в названии со строчной буквы: спуск. В киевском топониме это же существительное давно и прочно превратилось в часть названия улицы, поэтому оба компонента наименования Андреевский Спуск нужно писать с прописной буквы, аналогично близким по структуре московским названиям: улица Кузнецкий Мост, улица Сущевский Вал, улица Церковная Горка.

Не менее интересна история первой части топонима Васильевский спуск. Имеющая форму прилагательного, она образована путем, как говорят ученые, трансонимизации (т. е. перехода одного имени собственного в другое имя, название, наименование), не официального наименования собора Покрова Пресвятой Богородицы, а его народного названия — храма Василия Блаженного. Такова была сила духовной народной традиции: москвичи любили и почитали юродивого Василия, как учителя, а после его кончины — как небесного молитвенника и покровителя. Об этом известно, в частности следующее: «Место, где он (собор. — М. Г.) основан, раньше было кладбищем с церковью во имя Святой Живоначальной Троицы, в которой был похоронен святой юродивый Василий Блаженный... Существует много легенд, связанных с благочестивыми подвигами и провидческими способностями юродивого, например, такая — наслышавшись о подвижнической жизни Василия, Иван Грозный однажды призвал его к себе во дворец и велел поднести ему чарку вина. Блаженный, приняв ее, вылил вино в растворенное окно. Царь приказал налить ему другую, и Василий сделал то же самое. Тогда царь с гневом спросил юродивого:

— Зачем же ты так бесчестно поступаешь с государевым жалованием?

— Тушу пожар в Новгороде, — отвечал блаженный.

Вскоре весть о пожаре в Новгороде оправдала слова юродивого. Рассказывали, что в 1547 году Василий предсказал великий пожар Москвы... В целях исправления нравов народных и власть имущих он взял на себя подвиг «юродства ради Христа». Юродивость — новый чин мирянской святости — входит в русскую церковь с начала XIV века». Вот такой интересный рассказ о Василии Блаженном включил в свою книгу о религиозных центрах и общинах Москвы В. Г. Черкасов-Георгиевский.

А вот как — еще более интересно — написал о юродивом Василии, прозванном Блаженным, Я. М. Белицкий в уже упомянутой мною книге «Забытая Москва»: «...По этой площади среди бесчисленных лавок, среди шумной людской круговерти в рубище и босой в любое время бродил когда-то Василий сын Яковлев. Он родился в 1480 году в приходе храма Богоявления, что в Елохове. Рассказывают, что отец его был сапожником и сапожником надлежало быть и ему, но еще в отроческие годы он ушел из родительского дома, скитался по Москве, и шла за ним слава исцелителя и ясновидца.

Легенд о Василии, прозванном Блаженным, существует великое множество.

Рассказывают, что однажды какой-то богач подарил ему шубу со своего плеча. Приметила эту шубу воровская ватажка и подослала к нему пройдоху, который сказал юродивому скорбным голосом:

— Товарищ мой умер. И были мы с ним так бедны, что нечем покрыть его. Отдай шубу на божье дело, святой человек.

— Бери, — сказал Василий, — и пусть все будет так, как ты поведал мне.

Когда мошенник подошел с шубой к тому, кто, притворившись мертвым, лежал на земле, он увидел, что тот и в самом деле отдал Богу душу.

Василий Блаженный умер в 1551 году, а три года спустя в ознаменование победы над Казанским ханством заложил царь Иван Васильевич храм Покрова».

Мотивировка и конкретная разновидность модели образования в русской речи городского топонима Васильевский спуск достаточно прозрачны (несмотря на необычность деталей его истории и современных фактов 90-х годов XX века): антропоним (имя человека) Василий Блаженный, и придел Василия Блаженного собора Покрова Пресвятой Богородицы, и храм Василия Блаженного, и Васильевский спуск. Кстати, это новое название вполне можно определить и как своеобразную топонимическую метонимию.

   Древний град и посад
   Внутри Бульварного кольца
   Внутри Садового кольца
   Возле Камер-Коллежского вала
   Старинные окраины Москвы
В прошлое:
  
   Имя — история — культура
   В копилку знаний
   Антология поэзии о Москве
   Топонимический словарь
   Об авторе

Владимир Соколов

* * *


Какая маленькая ты у нас, Москва!
Великий город на планете.
Здесь ни при чем какие-то слова
Про те твои заслуги или эти...
Какая маленькая ты у нас, Москва!


Среди высоких белоснежных башен
Стоишь, домами старыми кренясь,
Стоишь и будешь так стоять, крепясь.
Тебе их рост младенческий не страшен.
Такая маленькая ты у нас!


Глядишь на дом – исчезнуть он готов,
Как отслужив свое тепло и действо, –
Тебя, праматерь русских городов,
Мы бережем, как девочку семейства.


Мы бережем теперь. Не берегли
Тогда, когда пленительные храмы
Во имя отчей будущей земли
Среди великой всероссийской драмы
Взлетали к небу в громе и в пыли.


Два студента сдружились в борьбе.
Слово – колокол,
искра – к пожару!
С думой Герцен уходит к себе
На заре по Тверскому бульвару.


А в постройке классической той,
Где березы прильнули к фрамугам,
Пил отеческий воздух Толстой,
Дома кончив «Хожденье по мукам».


Рядом экспроприирован был
Особняк в пышном стиле «модерна».
Горький лестниц его не любил:
«Эх, во всем декадентство манерно!»


В размышлениях руки скрестив,
Не бросая на ветер ни фразы:
«Ты в безделье, мой друг, некрасив», –
Осуждает меня Тимирязев.


Я живу у Никитских ворот
И за будничной их суматохой
Вижу явственно створы ворот
Между нашей и прошлой эпохой.


Как прекрасна должна быть страна,
И какое грядущее прочить
Можно ей, если только одна
Так богата талантами площадь!


1979